Изящные браслеты бисер


     Металлические украшения совместно с другими элементами женского изящные браслеты бисер костюма (головными уборами, обувью, рубахой и др.) составляли единый стилевой ансамбль одежды и придавали ей художественную завершенность и национальный колорит. Они всегда были органически связаны с другими элементами народного костюма. Изменения в формах головных уборов, верхней одежде (прежде всего покроя рубахи), как мы увидим ниже, неизбежно приводили к постепенным изменениям и в самом комплексе украшений.
     До середины XIX в. изменение народного костюма в целом шло медленно. Это объяснялось как относительной этнической замкнутостью народа, так и слабым проникновением капиталистических отношений в его среду. Поэтому комплексы одежды и украшений были сравнительно устойчивыми у различных групп (локальных, возрастных и религиозных). В то же время национальное, характерное для народа в целом, также вырисовывалось значительно рельефнее. Это, например, единый для всех групп туникообразный покрой рубахи, общность некоторых головных уборов и соответствующих им групп украшений, в частности девичьего калфачного комплекса и т. д.
     В последующий период времени (вторая половина XIX – начало XX в.) под влиянием различных социально-экономических причин как локальные, так и возрастные комплексы в значительной степени теряются, формируется единый национальный костюм, территориальные и другие особенности которого выделяются на основе лишь немногочисленных расхождений. Вместе с тем в изучаемый период времени в одежде и украшениях казанских татар вырисовываются два довольно заметных костюмных комплекса: мусульманский и кряшенский. Причем древние формы костюма мусульманок (в связи с усилением влияния Востока) на протяжении исследуемого периода претерпели довольно значительную эволюцию.

                                 Справа: Девичий калфачный комплекс головного убора с накосным украшением "тезмэ"

В частности, этнографы отмечают заметные изменения в головных уборах1. Костюм кряшен также претерпел определенные изменения. Но эти изменения были менее значительны и шли в другом направлении – по пути внедрения элементов русской одежды. Одновременно кряшены довольно крепко сохранили древние элементы женского костюма, особенно украшения. Это, вероятно, связано с тем, что кряшены вплоть до начала XX в. продолжали оставаться религиозно-обособленной и в значительной степени изолированной от основной массы казанско-татарского населения группой2.
     Рассмотрим сначала комплексы украшений женского костюма татар-кряшен, в котором более рельефно по сравнению с мусульманским выделяются и возрастные, и региональные особенности, продолжающие сохранять свою относительную устойчивость вплоть до начала XX в. Комплексы одежды кряшенок прежде всего отличались головными уборами, а также шейными и нагрудными украшениями.
     Так, девичий головной убор кряшенок, кроме большого калфака без твердого околыша, включает в себя накосник «тезмэ» и серьги «алка». Накосники «тезмэ» представляли собой исключительно девичье украшение. Причем у кряшен Пестречинского и Рыбно-Слободского районов3 был распространен преимущественно вариант I накосника «тезмэ», основа которого состояла из единой широкой полосы материи (табл. IX, 1).

Таблица IX. Варианты накосников "тезмэ" по форме основы (1-5):
1 - вариант 1; 2 - вариант 2а; 3 - вариант 2б; 4 - вариант 3; 5 - вариант 4

Крепился данный накосник при помощи матерчатой петли вокруг головы. Этот же тип накосников, но с некоторыми особенностями крепления его на голове (при помощи «сакалдырык» – через подбородок), преобладал и у елабужских кряшен4 (агрызской подгруппы). Наличие «сакалдырык» как составного элемента накосника «тезмэ» лишний раз подчеркивает генетическую связь этого украшения с головным убором. Подобный способ крепления головных уборов «кашпау» и «кушъяулык» известен башкирам5. Накосники варианта 4 (табл. IX, 5), основа которых представляла собой узкий чехол, надеваемый на косу, в изучаемый период времени отмечены у чистопольских кряшен6. Являясь преимущественно праздничным украшением, этот вариант накосника носился непременно в комплексе с «калфак чачак». По данным Н. И. Воробьева, кряшенки носили «тезмэ» с бисерной такьей7. Девушки брачного возраста носили это украшение более или менее постоянно, даже во время полевых работ8.
     Следующий обязательный элемент девичьего комплекса головного убора кряшен – серьги. В изучаемый период наибольшее употребление у них имели серьги типа Г II, состоявшие из больших филигранных блях грушевидной формы, украшенных, как правило, листовидными подвесками (табл. IV, 8). Встречались в данном комплексе головного убора и серьги, отличавшиеся по техническим приемам изготовления от серег типа Г II, но по конструкции и общей форме совершенно с ними схожие. Это, например, серьги из сплошных гравированных или витых из тонкой проволоки пластин или из монет.

Таблица IV. Серьги раздела Г:
5-11 - варианты типа Г II

     Своеобразными являются комплексы головных уборов у замужних женщин. В этом отношении наиболее ярко выделяются Заказанский и Елабужский комплексы. Заказанский комплекс женского головного убора состоял из волосника «мэлэнчек», головного покрывала «сурэкэ» и височного украшения – наушников, преимущественно первого («жилкэлек»), а в северной части Заказанья – четвертого варианта («янак»). Это височное украшение характерно для всех групп кряшен и совершенно не прослеживается у татар-мусульман и других народов края. Оно никогда не носилось самостоятельно, всегда в комплексе с головным убором. Иногда в дополнение к височному украшению употреблялись и серьги типа Г II. В этом случае они не вдевались в уши, а прикреплялись с внутренней стороны наушников «жилкэлек», представляя собой дополнительное височное украшение. Наушники были частью исключительно женских головных уборов и с «тезмэ» не носились. Это еще раз подтверждает, что накосники «тезмэ» являются именно девичьим украшением, а наушники представляют собой рудимент древнего и только женского каркасного головного убора, возможно, наподобие удмуртского «айшон»9.
     У кряшен Заказанья наушники «жилкэлек» встречаем и в комплексе свадебного головного убора «тугэрэк яулык», который невеста одевала во время свадебного торжества и носила до появления первого ребенка10. Это головное покрывало прямоугольной формы (80X50 см) со своеобразной выпуклой вышивкой, с нашитыми по сторонам длинными, обычно красными, кистями.

Справа: Заказанские комплексы женского головного убора кряшенки: а – с украшениями "жилкэлек" и серьгами типа Г II; б - с наушниками "жилкэлек" и серьгами типа Г II в свадебном комплексе головного убора "тугэрэк яулык"

Налобная часть покрывала имеет характерный выступ с двумя подвесками из полосок материи, который ушивался монетами. При одевании описанная часть покрывала приходилась на налобную и височную части лица. Наушники же «жилкэлек», нередко одеваемые в комплексе с серьгами Г II, придавали художественную завершенность этому комплексу головного убора. «Тугэрэк яулык» одевался поверх волосника «мэлэнчек» и головного покрывала «сурэкэ» и напоминал собой удмуртский «сюлык», который покрывался поверх твердого головного убора невесты «айшон»11.
     Другим оригинальным комплексом женского головного убора является убор елабужских и восточнозакамских кряшен. Он состоял из волосника «мэлэнчек», головного покрывала «чукол», налобной повязки типа II «мангай тэнкэсе» (в виде холщовой полоски, сплошь ушитой монетами (табл. I, 2) и височных украшений варианта III – наушников «чигэчэ» (полуовальной формы, соединенных между собой тесемками) (табл. I, 5).

Таблица I. Налобные (1-2) и височные (5) украшения:
1 - "баш хаситэсе" (тип I); 2 - "мангай тэнкэсе" (тип II); 5 - "чигэчэ" (вариант 3).

Елабужские кряшены, помимо зашивки поверхности наушников мелкой монетой, украшали их края двумя-тремя рядами кораллов. Одевался данный комплекс головного убора в следующем порядке: сначала волосник, тщательно скрывавший волосы, затем наушники, «чукол» и головная повязка «мадгай тэнкэсе». В одетом виде данный головной убор напоминал шапку-кашпау с открытым верхом.
     Прямых аналогий более или менее полному комплексу женских головных уборов татар-кряшен, включающих богатый набор указанных типов украшений, до сих пор установить не удалось. Исследователи предполагают, что подобный комплекс сохранил в себе некоторые элементы головных уборов и украшений древних тюркских племен, населявших край еще в добулгарское время12.
     Указанным комплексам головных уборов у кряшен соответствовали и определенные шейные и нагрудные украшения, значительная часть которых (в особенности украшения на матерчатой основе) обнаруживает тесную связь с верхней одеждой, прежде всего с традиционной рубахой. Так, украшение «якалык», бытовавшее у некоторых групп кряшен, связано с устройством воротника платья и напоминает собой нечто вроде позументного снимаемого воротника, характерного для мусульман.
     Гораздо большее распространение по сравнению с «якалык» имело у кряшен другое шейное украшение – «тамакса», которое под разными названиями известно всем группам кряшен (табл. XI, 4). В Заказанье это украшение бытовало как у девушек, так и у женщин13, а у елабужских и восточнозакамских кряшен оно являлось исключительно женским украшением14. Н. И. Гаген-Торн дает подробный анализ шейных украшений типа казанско-татарской «тамакса», характерных для многих народов Поволжья15. Подобные украшения она также связывает с устройством воротника рубахи туникообразного типа, не имевшей нагрудной застежки, функцией которой было закрепление шейного выреза. Однако не исключена связь украшения «тамакса» у татар с описанными выше «яка чылбыры» типа I и «якалык».

Таблица XI. Шейно-нагрудные украшения:
1, 2 - ожерелья (тип I); 3 - ожерелья (тип II); 4 - "тамакса"; 5 - "яналык"

Любопытным в этой связи является украшение, которое можно сопоставить со всеми названными. Матерчатая основа данного украшения ушита монетами и по форме близка к «тамакса», но в отличие от «тамакса» оно прикреплялось к металлическому шейному обручу (вроде «якалык»), имеющему монетные подвески на цепочках (напоминая тем самым «яка чылбыры»). Отметим также, что основная функция всех этих украшений («яка чылбыры», «тамакса» и «якалык») – скрыть грудной разрез женского платья.      В комплексе традиционной женской одежды татар-кряшен большое распространение имели матерчатые нагрудники «тушлек» (типа II) прямоугольной формы с закругленными нижними углами (табл. XIII, 2). В отличие от матерчатых нагрудников казанских татар-мусульман «изу» «тушлек» кряшен украшался исключительно монетами (вариант 1). Нагрудники типа I «изу» (табл. XIII, 1), украшенные позументом и ушитые бляхами, монетами и т. д., встречаются у кряшен редко (в северной части Заказанья и изредка – в Западном Предкамье)16. В отличие от шейного украшения «тамакса», «тушлек» представляет собой украшение замужних женщин всех возрастов (до старости). Исключение составляют лишь нагрудники «сакал» или «дэвэт» (тип II, вариант 2) (табл. XIII, 3) кряшен Елабужского и Мамадышского районов, известные как девичьи украшения17. У кряшен Заказанья изредка встречались и нагрудники типа III (табл. XIII, 4). Материалы экспедиций показывают, что этот тип нагрудника также является элементом комплекса одежды замужней женщины. В целом нагрудники на матерчатой основе всех типов как у мусульман, так и у кряшен являются украшением замужних женщин. Но в отличие от мусульман, которые носили «изу» только поверх рубахи, кряшены нередко одевали свой «тушлек» и поверх «камзола» или фартука «алъяпкыч». Это еще раз подчеркивает иную природу его происхождения по сравнению с «изу», являющимся по существу деталью самой рубахи.

Таблица XIII. Нагрудные украшения на матерчатой основе:
1 - "изу" (тип I); 2 - "тушлек" (тип II, 1); 3 - "сакал" (тип II, 2); 4 - "тушлек" (тип III); 5 - перевязь (тип I); 6 - перевязь (тип II); 7 - перевязь (тип III)

     Нагрудники кряшенки одевали, как правило, в комплексе с шейными украшениями «тамакса» или «яка чылбыры» (типа I). По праздникам данный набор шейно-нагрудных украшений дополнялся и перевязью, которая имела у них ряд локальных названий («мутимар», «дэвэт», «хэситэ» и т. д.).

Справа: Елабужский комплекс женского головного убора кряшенки с украшениями «мангай тэнкэсе» и «чигэчэ»

У кряшен преобладала перевязь типа I в виде полосы ткани, украшенной преимущественно монетами, без мусульманского амулета (табл. XIII, 5). Перевязи типа II (основа в форме сегмента) (табл. XIII, 6) имели единичное бытование, главным образом в деревнях северной части Заказанья и Восточном Закамье18, но также всегда без амулета «бети». Перевязь у кряшен одевалась непосредственно поверх платья «кулмэк», а нередко – и поверх фартука «алъяпкыч» и дополнялась в таком случае ожерельями, «яка чылбыры» типа I или «тамаксой». В использовании перевязи как у мусульман, так и у кряшен возрастной принцип не прослеживается. Их носили девочки, девушки и женщины всех возрастов. Нередко женщины одевали их поверх нагрудника, т. е. украшение накладывалось на украшение. Все это говорит о возможной первичной амулетной природе перевязи. Но в таком декоративно оформленном виде перевязи прежде всего выполняли роль украшений. Их чаще носили по праздникам или выходным дням, амулет же носили постоянно.
     Наручные украшения (браслеты, перстни, кольца) кряшен не связаны с одеждой. У них преобладали браслеты типа А I – пластинчатые, гравированные (табл. XIV, 1). Подобные браслеты кряшенки дополнительно украшали подвесками из монет или монетных имитаций, припаянных к браслету на колечках. В качестве единичного явления у кряшен, быт которых был более архаичным, чем у мусульман, встречались очень древние по происхождению, как мы видели выше, браслеты типов А II (дротовые) (табл. XIV, 2–5) и А III (проволочные) (табл. XIV, 6–10). Из составных браслетов раздела Б у кряшен были довольно широко распространены лишь браслеты типа Б II (монетные) (табл. XIV, 13). Все остальные выделенные нами типы браслетов встречались лишь изредка.

Таблица XIV. Браслеты разделов А (1-11) и Б (12-15):
1 - тип I; 2 - тип II (1); 3 - тип II (2); 4 - тип II (3а); 5 - тип II (3б); 6 - тип III (1а); 7 - тип III (1б); 8 - тип III (2); 9 - тип III (3а); 10 - тип III (3б); 11 - тип IV; 12 - тип I; 13 - тип II; 14 - тип III; 15 - тип IV
бисер

     Из перстней у кряшен преобладали перстни типов II, 1 (табл. XV, 7) и II, 2 (табл. XV, 8, 9), известные у них в качестве венчальных (как для женщин, так и для мужчин). Перстни типов II, 3 (табл. XV, 10) и III (табл. XV, 11, 12) имели единичное бытование, и почти не встречались перстни типа I – щитковые. Очень широкое распространение у кряшен имели кольца всех выделенных нами типов, особенно с подвесками из монет (табл. XV, 13–19).
     У мусульман по сравнению с кряшенами картина как региональной, так и возрастной дифференциации в использовании украшений представляется более стертой. Так, девичьи и женские комплексы украшений у мусульманок выделяются только на основании незначительных расхождений, а у некоторых региональных групп – и вовсе трудно различимы. На основе имеющихся данных попытаемся все же наметить эти различия в использовании украшений. Это прежде всего касается головных и шейно-нагрудных украшений, наиболее тесно связанных с головными уборами и одеждой.
     Так, до середины XIX в. девичий комплекс головного убора мусульманки, как и кряшенки, кроме длинной вязаной шапочки «ак калфак» (белый колпак), включал следующие обязательные украшения. Это накосники «тезмэ» тип II (табл. VII, 2). Причем накосники варианта 1 (из единой широкой полосы материи) были распространены у мусульманок Заинского, Тукаевского, Нижнекамского, Елабужского и Агрызского районов19, накосники варианта 2 (из двух узких полос материи) (табл. IX, 2, 3) обеих выделенных нами разновидностей были наиболее характерны для мусульманок Казани и районов Заказанья20, а накосники варианта 3 (основа из трех узких полос материи) – для мусульманок Чистопольского, Черемшанского, Аксубаевского районов ТАССР21 (табл. IX, 4).

Таблица XV. Перстни (1-12) и кольца (13-19):
1-6 - тип I; 7 - тип II (1); 8, 9 - тип II (2); 10 - тип II (3); 11 - тип III (1); 12 - тип III (2); 13, 14 - тип I; 15, 16 - тип II; 17, 18 - тип III; 19 - тип IV

Накосники-«чехлы» варианта 4 (табл. IX, 5) у мусульманок исследованных районов нами не встречены. «Тезмэ» являлось праздничным украшением и носилось непременно в комплексе с «калфак», нередко дополнительно украшенным позументной головной повязкой «ука чачак». Эта головная повязка представляла собой полоску позумента с завязками на обоих концах, которые при укреплении его на лбу завязывались низко на затылке у основания кос. Поверхность «ука чачак» украшалась, как правило, галунным шнуром, канителью, ярким шелком и несколькими редко посаженными монетами. Металлическим вариантом «ука чачак», возможно, является описанная нами головная повязка типа I «баш хаситэсе» (табл. I, 1). На совместное употребление «баш хаситэсе» и калфака или какого-либо головного покрывала указывал и Н. И. Воробьев22. Не исключено, однако, что «баш хаситэсе» связана и с древним головным убором типа «такья».
     Другим непременным элементом девичьего калфачного комплекса являются серьги с подвесками (преимущественно раздела Г), состоящие из двух-трех вертикально соединенных частей. Имеющиеся данные23 позволяют предположить, что наиболее архаичными серьгами, используемыми в данном комплексе головного убора, были серьги с грушевидной сканой бляхой в основе (тип Г II).
     Описанный калфачный комплекс, включавший накосник типа «тезмэ», налобное украшение «ука чачак» или «баш хаситэсе» и серьги типа Г II, представлял праздничный убор как сельских, так и городских девушек.

Таблица VII. Накосные украшения:
2 - "тезмэ" (тип II)

     К концу XIX в. «ак калфак» был вытеснен бархатным калфаком, связанным с новыми веяниями моды24. Одновременно терялась и возрастная особенность этого комплекса: его нередко носили и замужние женщины, особенно молодые.
     Отмеченный ранний комплекс головного убора казанских татарок находит частичные аналогии в девичьих головных уборах других народов Волго-Камского этнографического региона башкир25, чувашей-анатри26, восточных мари27, удмуртов28, мордвы29, где с древнейших времен происходило переплетение разноэтнических культур (главным образом финно-тюркских).

Кряшенки: а – в нагрудных украшениях "тамакса" и "дэвэт"; б - в нагрудных украшениях "тамакса" и "тушлек"

Небезынтересно отметить наличие в прошлом близкого комплекса головного убора с наспинной лопастью (или накосником?) у ногайских женщин30, у древних половчанок31. Половецкие каменные изваяния, которые устанавливались в честь умерших, дали возможность воспроизвести многие детали подобных комплексов головных уборов. Существенной частью их также являлись спускающиеся на спину лопасти (до пояса и ниже). Очень часто лопасть украшалась снизу разнообразными подвесками32. Однако полный комплекс указанных украшений в сочетании с верхней одеждой, обувью отличает лишь костюм казанских татарок.
     В конце XIX – начале XX в. девушки-мусульманки и молодые женщины, особенно в повседневной носке, использовали платочный комплекс головного убора33. Своеобразный способ повязывания платка – на кромку (когда два соседних угла завязывались на затылке, а слегка перегнутое (вдоль) полотнище спускалось на спине) – давал возможность прикрыть и косы, как бы напоминая накосник «тезмэ». Замена основного головного убора «ак калфак» фабричным платком привела к определенным изменениям и в самом комплексе головных украшений. Прежде всего отпала необходимость в накоснике типа «тезмэ».

Таблица VIII. Варианты накосников "чулпы":
4-9 - вариант 2 ("чулпы" из блях)

Так, из накосных украшений в комплексе с головным платком стали употребляться чаще накосники типа I («чулпы» из блях) преимущественно лопастной формы (табл. VIII, 4). Такие бляхи нашивались на конец шнурка и вплетались в косы. При этом шнурок с «чулпы» спускался чуть ниже талии и виднелся из-под платка. Набор серег в данном случае нередко оставался тем же, что и в калфачном комплексе (чаще – типа Г II). Однако в самом конце XIX – начале XX в. у девушек получают широкое распространение и другие типы сережек, преимущественно разделов Б и В (табл. II, III).
     Описывая комплекс головного убора замужних женщин-мусульманок, следует заметить, что по сравнению с девичьим он (очевидно, в период позднего средневековья) больше изменился: например, ко второй половине XIX в. совершенно не сохранился каркасный головной убор (убор на твердой основе), о бытовании которого писали ранние исследователи34. Можно предположить, что исчезновение такого убора привело к изменениям (возможно, и к исчезновению) некоторых видов головных украшений.
     Во второй половине XIX – начале XX в. женщины зрелого и преклонного возраста как сельские, так и городские, в повседневной носке использовали по существу тот же комплекс головного убора, что и описанный, включающий в себя платок, накосники «чулпы» и серьги. Но в манере носить эти украшения, а также форме составных элементов этого комплекса наблюдаем ряд существенных отличий. Так, сам способ повязывания платка отличается от прежнего тем, что соседние концы его завязывались не на затылке, а под подбородком, волосы, шея и уши в таком случае были совершенно скрыты.

Таблица VIII. Варианты накосников "чулпы":
1 - вариант 1

Этим, видимо, и объясняется то, что в данном комплексе использовались очень небольшие по размерам сережки (1,5–2,5 см), преимущественно раздела В (кольцевые). Особенно выделяются в этом разделе серьги типа В V в форме лунницы. В изучаемый период времени этот тип сережек был преобладающим в описанном комплексе женского головного убора. Из накосных украшений преобладали простейшие монетные «чулпы» (вариант 1) (табл. VIII, 1), были также распространены «чулпы» из блях (преимущественно лопастной формы) (табл. VIII, 4). В некоторых районах Предкамья (Пестречинский, Рыбно-Слободский) в данном комплексе женского головного убора изредка приходилось встречать и накосник «тезмэ» типа II, состоявший из двух узких полос материи (2–3,5 см), прикреплявшихся на каждую из двух кос (вариант 2б)35 (табл. IX, 3).
     Другими, более торжественными, возможно, и более ранними головными уборами пожилых женщин были головные покрывала «ерпэк» и «кыекча», которые нередко носились вместе с шапкой «камчат бурек».

Таблица II. Серьги разделов А (1-2) и Б (3-13):
1 - тип А I; 2 - тип А II; 3-6 - варианты типа Б I; 14, 15 - раннебулгарские серьги из Танкеевского и Больш-Тарханского могильников

Для крепления на голове эти покрывала нуждались в заколках, которые, вероятно, со временем развились в специальные украшения заколки-брошки (табл. XII, 4, 5). Таким образом, брошка-заколка казанских татар обязана своим появлением указанным головным уборам. Подобные заколки-брошки «инэлек» в комплексе с головным покрывалом носили также пожилые башкирки36 и мишарки37. Данный комплекс головного убора у казанских татарок, как правило, дополнялся накосником «чулпы» и серьгами (преимущественно раздела В).
     Все описанные комплексы головных уборов употреблялись, как было отмечено выше, с рубахой традиционного туникообразного покроя с воланом («итэк»), со стоячим воротом и грудным разрезом.

Таблица III. Серьги раздела В:
1 - тип В (Iа); 2 - тип В (Iб); 3, 4 - варианты типа В II; 5 - тип В III; 6, 7 - варианты типа В IV; 8 - тип V; 9, 10 булгарские украшения типа "лунниц"

В зависимости от моды внутри каждой возрастной категории женщин остов «кулмэк» то опускался, то поднимался, то же происходило и с воланом. Но тип рубахи в целом до середины XIX в. оставался единым для всех возрастных групп мусульманок. С этим типом рубахи тесно связаны шейно-нагрудные украшения, одновременно выполнявшие роль застежки ворота и закрывавшие грудной разрез.

Комплексы головных уборов: а – девичий калфачный комплекс головного убора мусульманки с накосным украшением "чэч тэнкэсе"; б - платочный комплекс головного убора мусульманки с наносным украшением "тезмэ"

     Среди казанских татар-мусульман значительное распространение во второй половине XIX в. имело шейное украшение («тамакса», «жака», «муенса»), представлявшие, как уже было сказано, украшение на матерчатой основе в форме неполной лунницы, ушитой рядами кораллов, бисера и монет (табл. XI, 4). Лишь в костюмном комплексе Заказанья нам не удалось установить бытование этого типа шейного украшения. Но зато здесь имеются следы распространения другого типа шейного украшения – «якалык», представлявшего собой узкую полосу материи, на которую нашивались бляхи, бисер и которая крепилась сзади при помощи тесемок или крючка и петли. Это украшение изредка встречалось у некоторых групп мусульман Казанской и Уфимской губернии38 (табл. XI, 5). Данных, характеризующих возрастную принадлежность этого украшения, не имеется. Что же касается украшения «тамакса», то оно бытовало как обязательный элемент главным образом женского комплекса украшений39.
     Широко распространенным праздничным шейно-нагрудным украшением мусульманок было ожерелье «яка чылбыры», или «яка». Возрастную принадлежность данного украшения точно определить не удалось. «Яка» в настоящее время совершенно вышло из быта и видеть его в употреблении нам не пришлось, но имеющиеся сведения позволяют говорить о принадлежности этого изысканного украшения девушкам и молодым женщинам.

Таблица XII. Брошки:
1 - "тэкэле булавка" (тип I, 2); 4, 5 - брошки-заколки (тип II)

Это (обычно богатое) украшение бытовало преимущественно у городских слоев зажиточных мусульман. Наиболее четкие воспоминания о «яка чылбыры», а нередко и сами украшения сохранились у мусульманок Пермской группы татар. У них эти украшения были едва ли не обязательными в комплексе одежды девушек и молодых женщин. Их изготовляли в большом количестве в д. Кояново (Пермский р-н) и д. Гайна (Бардымский р-н) Пермской обл. По технике они более скромные, в основном чеканные, с гравировкой40. В отличие от кряшен у мусульман преобладал наиболее развитый тип данного украшения – тип II (застежка с подвесками). Тип I «яка чылбыры» встречается у мусульман крайне редко. Так, под названием «муен чугы» оно встречалось у мусульман Парангинской группы41 казанских татар. Эта группа татар, территориально удаленная от центра национальной культуры, сумела сохранить, вероятно, более древнюю форму данного украшения. Украшения, близкие «яка» (тип I), отмечает для мусульман Чистопольского и Тетюшского уездов Н. Н. Вечеслав42.
     «Яка чылбыры» играло в костюме мусульманки утилитарную роль – скрепляло воротник-стойку традиционного платья «кулмэк», т. е. появление данного типа украшения генетически связано с «кулмэк» указанного покроя. Однако наиболее массивные экземпляры «яка» (тип II) носились, вероятно, и на верхней одежде типа камзола, ранние формы которого, как известно, также имели воротник-стойку43. Наряду с «яка чылбыры» девушки-мусульманки использовали ожерелья обоих выделенных типов: в виде металлической цепочки с подвесками (тип I) (табл. XI, 1, 2) и ожерелье из филигранных звеньев (тип II) (табл. XI, 5). Нагрудным украшением (преимущественно девушек) являлись также монетные брошки «тэнкэле булавка» (табл. XII, 1).

Татарки-мусульманки: а – в шейно-нагрудном украшении "яка чылбыры"; б - в нагруднике "изу"

     Что касается женщин, то набор нагрудных украшений у них был значительно богаче и разнообразнее. Это было связано как с общемусульманским взглядом на женщину-жену (показатель материального достатка и общественного положения мужа), так и с некоторыми религиозно-магическими представлениями. Так, у женщины-татарки, кроме шейных и шейно-нагрудных украшений, которые она, кстати, могла и не носить, были совершенно обязательные нагрудные украшения. К ним прежде всего следует отнести «изу» – нагрудник типа I (табл. XIII, 1). По форме (четырехугольный, с закругленными нижними углами) «изу» напоминал нагрудники соседних народов (чувашей, удмуртов и т. д.), но в отличие от последних украшенных исключительно монетами, он орнаментировался позументами и шелковыми лентами, а также различными мелкими нашивными украшениями в виде монет, блях, пуговиц, бусин и т. д. Другие выделенные нами типы нагрудников для казанских татар-мусульман не являются характерными.
     «Изу» казанских татар не только тесно связан с указанным выше типом женской рубахи, но по сути является ее составной частью. Поэтому он был обязательным украшением для женщин всех возрастов (молодых и пожилых). Его никогда не носили поверх, например, фартука («алъяп-кыч») или верхней одежды («камзол», «кесэбикэ» и т. д.), тогда как монетные нагрудники других групп татар (в частности, кряшен) и других народов одевались поверх фартука и даже легкой верхней одежды типа «жилэн». Р. Г. Мухамедова считает, что «изу» казанских татар, имеющий в основе единую с нагрудниками других (прежде всего тюркоязычных) народов Среднего Поволжья форму (лопатообразную), в дальнейшем трансформировался с учетом своих этнических традиций44. По оформлению он продолжает традицию украшения грудного разреза рубахи (который, кстати, также назывался «изу») разнообразными цветными лентами.

Татарка-мусульманка в одеждах середины XIX в. с комплексом нагрудных украшений: "изу", "яка чылбыры", "хэситэ"

     Другим обязательным, но преимущественно праздничным украшением женщины-мусульманки была перевязь. Преобладающим типом для мусульманок в целом являлась перевязь типа II (табл. XIII, 6), основа которой состояла из полосы гладкой, нередко стеганой материи, густо зашитой бляхами, жетонами, монетами и т. д. Носилась такая перевязь мусульманками, как правило, с амулетом-«бети» (изречения из корана). Нередко встречалась в среде мусульман и перевязь типа I, которую носили без амулета45. Так, у татар-мусульман северо-западных районов Башкирии46, а также у Пермской группы татар47 перевязь полулунной формы известна исключительно в качестве украшения. Мусульманский амулет «бети» носился ими отдельно. Интересно заметить, что у мусульман Агрызского р-на, кроме перевязи-амулета (тип II), бытовали и перевязь-украшение без амулета (тип I) под названием «дэвэт»48. Во второй половине XIX в. перевязь-украшение носили больше молодые девушки и женщины. Женщины старшего поколения в качестве нагрудного украшения носили «изу» и лишь в дополнение к нему – перевязь-амулет «бети» без украшений. Изредка богатые пожилые татарки поверх «изу» надевали перевязь-украшение.
     У нас нет достаточных данных, чтобы говорить о широком бытовании перевязи (тип III) у той или иной группы казанских татар. Вероятнее всего, это очень дорогое украшение из цепи серебряных сканых, часто позолоченных блях с драгоценными камнями, носили высшие слои казанско-татарского мусульманского населения. Перевязь мусульманки одевали, как правило, поверх платья, иногда одновременно с «изу». Однако, как указывают информаторы, она нередко одевалась и на верхнюю одежду («камзол», «ксэбикэ», «казакин» и т. д.). Подобный способ ношения «хэситэ» у казанских татар видим на иллюстрации в сочинении И. Г. Георги49.
     В качестве украшений в комплексе верхней одежды всех видов широкое распространение имели орнаментированные застежки «каптырма». Необходимость украшенной застежки диктовалась самим покроем верхней одежды казанских татар (приталенный силуэт). Такие виды женской одежды, как «камзол», «бишмэт», очень часто застегивались лишь на одну изящную застежку, подчеркивая фигуру женщины.
     Качество застежки, как правило, соответствовало качеству ткани, из которой была сшита эта одежда. Так, камзолы, сшитые из простой ткани темного цвета (шевиот и т. д.), застегивались на талии при помощи крючка и петли, которые, вероятно, со временем трансформировались в специальное украшение – застежку «каптырма», которыми застегивались камзольчики из бархата или шелка. Камзол, дополненный подобным украшением, носила в основном молодежь (девушки и молодые женщины). Все описанные нами в главе II застежки были принадлежностью преимущественно мусульманок, у кряшенок они встречались значительно реже. Это объясняется тем, что кряшенки почти не носили камзолов с открытой грудью. Женский камзол кряшен, так же как и мужской, застегивался на пуговицы.
     Со второй половины XIX в. под влиянием развивавшихся капиталистических отношений намечается изменение силуэта одежды мусульманок. В это время на одной и той же территории и даже в одном и том же населенном пункте среди различных возрастных и социальных групп казанских татар (мусульман) встречаем разные по стилю типы одежды и соответствующие им комплексы украшений. Старшее поколение обычно сохраняло более архаичные формы, а молодежь охотнее руководствовалась новыми веяниями моды, связанными с новыми социальными условиями. Вначале новая одежда воспринималась горожанами, зажиточной верхушкой деревни, семьями отходников, но постепенно ее приспосабливали к привычным традиционным формам, и, претерпев некоторые изменения, она входила в быт основной массы населения. В это время покрой рубахи все больше приближался к фигуре женщины, что было связано с проникновением общеевропейской моды. Так, в начале XX в. в районах Заказанья у молодежи (девушек и молодых женщин) большое распространение получили приталенные рубахи с коротким остовом, с сильно присборенной и удлиненной сзади (наподобие шлейфа) юбкой.
     Этой форме рубахи соответствовали более утонченные формы головных уборов и украшений: крупные вязаные или бархатные «калфаки» были заменены небольшим калфаком-наколкой, которая, собственно, перестает быть головным убором, являясь лишь своего рода декоративным элементом в прическе мусульманки. Поверх калфака-наколки на голову накидывалась легкая шерстяная или шелковая шаль с кистями. Вышли из моды и тяжелые накосники «тезмэ». Их заменили более изящные и легкие «чулпы». На смену крупным серьгам раздела Г пришли небольшие сережки разделов Б и В. Значительные изменения в связи с новым покроем рубахи прослеживаются и в использовании шейно-нагрудных украшений: массивные монетные украшения («изу», «хэситэ») остаются принадлежностью костюма женщин только старшего поколения, сохранивших туникообразный покрой рубахи. Перевязь теряет свое назначение как украшение, являясь только амулетом. Такая перевязь состояла из узкой тесьмы, к которой прикреплялся ряд кожаных или матерчатых мешочков с молитвами и выдержками из корана. Подобное использование перевязи особенно характерно для мусульманских деревень районов Заказанья50.
     В конце XIX – начале XX в. усиленно проникают в быт молодежи брошки-булавки (тип I), вероятно, на смену уходящей из быта «яка чылбыры». Эти брошки продолжают выполнять ту же функцию, что и «яка» – скрепляют грудной разрез платья. Внешне некоторые их экземпляры, особенно типа I (1), своими подвесками из монет, блях, камней очень напоминают «яка чылбыры». Брошки-булавки преобладали в городской и зажиточной среде мусульман. Исключение составляет лишь «тэн-кэле-булавка» (тип I, 2), широко бытовавшая и у сельского мусульманского населения районов Заказанья.
     Кроме брошек, усиленно проникают в быт и ожерелья обоих выделенных нами типов, а также различные типы бус, классификация которых не вошла в рамки настоящего исследования.
     Наручные украшения казанских татар (браслеты, перстни, кольца) в целом были самостоятельными украшениями, не связанными с одеждой (изменениями в ее покрое), качеством ткани, хотя, разумеется, богатому комплексу народного костюма соответствовали и более дорогие наручные украшения. Исключение составляют лишь браслеты-обшлага на матерчатой основе – «энже». Они распространились в среде мусульманской части городского населения в конце XIX – начале XX в., когда в среду горожан вошла мода на платья с узким рукавом. Такие запястья, как правило, не пришивались к платью и носились как браслеты, только имитируя обшлага, т. е. в данном случае появление подобных браслетов непосредственно связано с одеждой указанного покроя. Все остальные выделенные типы наручных украшений подобной связи не обнаруживают, однако в художественном отношении являются необходимым дополнением к ней.
     У мусульман всех возрастных категорий, так же как и у кряшен, из браслетов раздела А (сплошные) преобладали браслеты типа АI (пластинчатые, гравированные) (табл. XIV). Однако в отличие от кряшен, часто украшавших подобные браслеты подвесками из монет, мусульманам было более свойственно украшать их самоцветами. У молодежи городского и зажиточного сельского населения широко бытовали и сплошные браслеты типа А IV – плоскосканые, также украшенные самоцветами (табл. XIV, 11).
     Составные браслеты раздела Б (табл. XIV, 12, 14, 15) наиболее характерны для мусульман. Исключение составляют лишь монетные браслеты раздела Б II (табл. XIV, 13). Браслеты разделов Б I и Б IV (табл. XIV, 12, 15) в одетом на руку виде идентичны сплошным браслетам соответствующих типов раздела А, отличаясь только тем, что всегда имели застежку. Поверхность этих браслетов богато украшалась драгоценными камнями, зернью. Подобные браслеты, особенно филигранные их образцы, принадлежали представительницам высших слоев городского мусульманского общества. Браслеты раздела Б III (из камней в оправе) (табл. XIV, 14), в отличие от предыдущих, характерны и для сельских жителей, и для горожан.
     Из перстней у мусульманок всех возрастных категорий преобладали щитковые (тип I) (табл. XV, 1–6). Широко бытовали перстни типов II (1,3) (табл. XV, 7, 10) и III (табл. XV, 11, 12). Изредка встречались перстни типа II (2) (табл. XV, 9).
     Таким образом, проанализировав типы казанско-татарских украшений середины XIX – начала XX в., мы можем говорить о том, что у казанских татар было три круга украшений:
     1. Украшения, не связанные с одеждой, игравшие самостоятельную декоративную, а в более раннее время, возможно, и религиозно-магическую роль. Это наручные украшения: кольца, перстни, браслеты (кроме браслетов-обшлагов на матерчатой основе). Украшения этого круга, как правило, носились более или менее постоянно и независимо от видов и типов одежды и головных уборов. Так, сплошные пластинчатые браслеты могла одеть женщина в головном покрывале и в калфаке, в камзоле и без него, с нагрудными украшениями и без них и т. д. То же касается перстней и колец любого из выделенных нами типов. Разумеется, богатому комплексу одежды соответствовал и более дорогой набор указанных украшений.
     2. Украшения второго круга непосредственно связаны с одеждой или головными уборами и имеют утилитарное значение. Появление этих украшений обусловлено покроем и формой традиционной одежды и головных уборов. Сюда относятся налобные, височные, наносные украшения «тезмэ», большая часть нагрудно-шейных украшений, застежки, браслеты-обшлага.
     3. К третьему кругу относятся те украшения, которые хотя и не обнаруживают генетической связи с одеждой или головными уборами, тем не менее связаны с ними в эстетическом отношении и играют важную роль в художественном завершении того или иного комплекса (например, серьги, которые не связаны с головными уборами в данном аспекте). Однако, как мы видели выше, определенные типы сережек, как правило, соответствовали и определенным типам головных уборов. То же можно сказать о накосниках «чулпы», ожерельях, перевязях «хэситэ».
     Основная масса выделенных нами типов украшений – головных, шейно-нагрудных, наручных – характерна для большинства и мусульманского и кряшенского населения. Причиной этого является прежде всего этническое единство указанных групп. В значительной степени это было связано и с усилившимися процессами консолидации татарской нации в XIX – начале XX в.51, что соответственно влекло за собой нивелировку в языке, костюме, украшениях. Особенно ощутимо подверглись нивелировке мусульманские группы казанских татар, связанные между собой, кроме прочего, и религиозными узами. Поэтому у мусульман исключительно трудно, а порою невозможно выделить даже региональные отличия, не говоря уже о локальных комплексах украшений.
     Подавляющее большинство традиционных украшений вышли из быта в селе и тем более в городе. Национальный костюм с соответствующими группами украшений сохраняется лишь в немногих местах, как правило значительно удаленных от города и у незначительной части населения, преимущественно у пожилых татарок, и то в нем произошли значительные изменения. Так, у пожилых татарок-мусульманок районов Заказанья в комплексе с головным платком, повязанным под подбородок, встречаем традиционные небольшие серьги в форме лунницы (тип В V) и вплетенные в косы накосники – «чулпы» из монет или миниатюрных блях лопастной формы (вариант 1, 2).

Современные ювелирные изделия Комбината народных художественных промыслов: а - филигранное колье; б - кулон; в – кулон "сюрприз"

Нагрудники «изу» полностью вышли из быта. Не приходилось видеть в употреблении и перевязи «хэситэ» в качестве украшения. Правда, в значении амулета она еще имеет единичное бытование у очень пожилых татарок. До сих пор представительницы старшего поколения, по традиции, носят по одному браслету на каждой руке. Браслеты эти обычно узкие, сплошные, гравированные с чернением (тип А I).
     Отдельные элементы традиционных комплексов украшений изредка встречаются в современном костюме пожилых кряшенок. Так, у кряшенок Заказанья нам пришлось видеть в употреблении шейно-нагрудное украшtние «тамакса», традиционные браслеты – сплошные широкие (тип А I) и венчальные перстни (тип II, 2). Однако кряшены, практически не используя традиционный костюм и украшения в повседневной жизни, до сих пор довольно устойчиво сохраняют его в качестве обрядовой одежды (свадебной, праздничной).
     Что касается молодежи, то из традиционных элементов народного костюма, в том числе и украшений, у них почти ничего не сохранилось. Совершенно исчезли сложные, тяжелые головные уборы с соответствующими комплексами украшений. Они заменены более легкими и удобными современными головными уборами и платком. Однако до сих пор женщины всех возрастов, особенно в сельской местности, носят сережки. Девочкам к 5–6 годам, как правило, уже прокалывают ушки. Вышли из быта и платья традиционного покроя, но подбор расцветки и узоров фабричной ткани соответствует издавна сложившимся вкусам народа.
     В настоящее время со всей остротой встает вопрос о возрождении, по сути, утраченного национального ювелирного искусства. Огромная роль в этом важном деле отводится народным художественным промыслам. С 1974 г. в системе Министерства местной промышленности ТАССР существует «Комбинат народных художественных промыслов», который объединяет и ювелиров, главным образом филигранщиков. Мастера стремятся использовать традиционные виды ювелирной техники (например, технику бугорчатой скани) и в то же время стараются придать украшениям современный вид, а не просто копировать оригинал. К числу таких изделий комбината можно отнести, например, филигранное колье. И по форме и по рисунку скани оно близко ожерельям из блях XIX в. В основе другого украшения – кулона лежит бляха лопастной формы, чрезвычайно характерной для татарских ювелирных украшений. Бляхи подобной формы входят во многие ювелирные украшения татарок («чулпы», «яка чылбыры», «хэситэ»). Глубоко традиционный для татарского декоративно-прикладного искусства мотив «тюльпана» лег в основу кулона «сюрприз».

1 Мухамедова Р. Г. Традиционная одежда татар Среднего Поволжья и Приуралья (рукопись).
2 Мухаметшин Ю. Г. Татары-кряшены: Историко-этнографическое исследование. М., 1972, с. 29.
3 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 4, д. 12.
4 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 8, д. 4.
5 Шитова С. Н. Женская одежда северных башкир. – В кн.: Археология и этнография Башкирии. Уфа, 1962, т. 1, с. 288; Кузеев Р. Г., Бикбулатов Н. В., Шитова С. Н. Зауральские башкиры. – Там же, с. 242.
6 Вечеслав Н. Н. Описание костюмов русских и инородческих у крестьян Казанской губернии. Казань, 1879, с. 39; Мухаметшин Ю. Г. Татары-кряшены..., с. 128.
7 Воробьев Н. И. Казанские татары. Казань, 1953, с. 294.
8 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 4, д. 12; ф. 11, д. 12.
9 Белицер В. Н. Народная одежда удмуртов. М., 1951, с. 64.
10 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 4, д. 12.
11 Белицер В. Н. Народная одежда удмуртов, с. 66.
12 Халиков А. X. Истоки формирования тюркоязычных народов Поволжья и Приуралья. – В кн.: Вопросы этногенеза тюркоязычных народов Среднего Поволжья. Казань, 1971, с. 19-20.
13 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 4, д. 12; ф. 6, д. 12.
14 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 3, д. 4.
15 Гаген-Торн Н. И. Женская одежда народов Поволжья. Чебоксары, 1960, с. 92.
16 Мухаметшин Ю. Г. Татары-кряшены..., с. 132.
17 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 8, д. 4.
18 Мухаметшин Ю. Г. Татары-кряшены..., с. 132.
19 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 12, д. 2.
20 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 4, д. 12.
21 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 11, д. 12.
22 Воробьев Н. И. Казанские татары, с. 295.
23 Гун К. Ф. Молодая татарка (1868). – В кн.: Эглит А. Карл Федорович Гун (1830–1877). Рига, 1955 (табл. XXXVII); Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 4, д. 12; ф. 5, д. 10; ф. 6, д. 12; ф. 8, д. 4; ф. 11, д. 12; ф. 12, д. 2.
24 Воробьев Н. И. Казанские татары, с. 277.
25 Руденко С. И. Башкиры. М.; Л., 1955, с. 194.
26 Воробьев Н. И., Львова А. Я., Романова Н. Р., Симонова А. Р. Чуваши. Чебоксары, 1956, ч. 1, с. 317.
27 Сепеев Г. А. Восточные марийцы. Йошкар-Ола, 1975, с. 197.
28 Белицер В. Н. Народная одежда удмуртов, с. 73.
29 Белицер В. Н. Народная одежда мордвы, с. 134.
30 Гаджиева С. Ш. Материальная культура ногайцев в XIX – начале XX в. М., 1976, с. 124.
31 Федоров-Давыдов Г. А. Кочевники Восточной Европы под властью золотоордынских ханов. М., 1966, с. 171-173.
32 Плетнева С. А. Половецкие каменные изваяния – САИ, Е4-2, 1974, с. 38.
33 Мухамедов Р. Г. Введение к альбому Л. Сперанской «Костюм казанских татар». Казань, 1972, с. 7.
34 Фукс К. Ф. Казанские татары в статистическом и этнографическом отношении. Казань, 1841, с. 18.
35 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 4, д. 12.
36 Руденко С. И. Башкиры, с. 194.
37 Мухамедова Р. Г. Татары-мишари: Историко-этнографическое исследование. М., 1972, с. 107.
38 ГМЭ, инв. № 2676 (37).
39 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 4, д. 12; ф. 12, д. 2; ф. 11, д. 12.
40 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 14, д. 2.
41 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 6, д. 2.
42 Вечеслав Н. Н. Описание костюмов..., с. 39.
43 См. иллюстрацию А. Ф. Риттиха с изображением группы казанских татар в одеждах середины XIX в., где нарисована татарка в камзоле, к воротнику-стойке которого прикреплена «яка чылбыры» типа II (В кн.: Татары Среднего Поволжья и Приуралья. М., 1967, с. 119).
44 Мухамедова Р. Г. Традиционная одежда...
45 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 11, д. 12.
46 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 15, д. 2.
47 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 14, д. 2.
48 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 8, д. 4.
49 Георги И. Г. Описание всех обитающих в Российском государстве народов. СПб., 1799, ч. II, рис. 27.
50 Архив кабинета этнографии ИЯЛИ КФ АН СССР, ф. 4, д. 12; ф. 6, д. 12.
51 Мухамедова Р, Г. Основные направления современных этнических процессов у татар. – В кн.: Тезисы докладов Всесоюзной конференции, посвященной этнографическому изучению современности. Москва; Нальчик, 1975, с. 53.

Суслова С. В. Украшения как часть комплекса татарской женской одежды (середина XIX – начало XX в.) / Женские украшения казанских татар середины XIX – начала XX в. М.: Наука 1980 г., С. 68-87.


Источник: http://vneshnii-oblik.ru/etnografiya/tatukr.html



Рекомендуем посмотреть ещё:


Закрыть ... [X]

Украшения как часть татарского женского костюма Суслова С. В Фото бисера киров

Изящные браслеты бисер Изящные браслеты бисер Изящные браслеты бисер Изящные браслеты бисер Изящные браслеты бисер Изящные браслеты бисер

ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ